Статьи

Введение. В статье представлены результаты антропологической экспедиции в г. Петрозаводск (Северо-Западный федеральный округ), проведенной в апреле 2024 года с целью изучения долговременной (эпохальной) динамики тотальных размеров тела, изменений пропорций телосложения за последние 60 лет и характеристики морфологического статуса современной молодёжи этого региона.

Материалы и методы. Для исследования использованы антропометрические данные 470 юношей и девушек в возрасте от 18 до 23 лет, преимущественно (более 90%) русских по национальности, родившихся и проживающих в г. Петрозаводске, обследованных по комплексной программе, включающей измерение тотальных размеров тела, диаметров плеч и таза, обхватов туловища и конечностей, толщины жировых складок, а также определение силы сжатия правой кисти.

Результаты и обсуждение. Среднее значение длины тела современных молодых мужчин, родившихся в г. Петрозаводске в 2001–2006 гг. (2024 г. обследования), на 7,7 см больше, чем у мужчин, родившихся здесь же в 1936–1949-х гг.; увеличение составляет около 1,1 см за декаду. Межгрупповой анализ длины тела в женских выборках г. Петрозаводска показал увеличение длины тела у современных женщин на 6,3 см по сравнению с когортой родившихся в 1936–1949 гг. (увеличение около 0,9 см за десятилетие). Вместе с эпохальным увеличением тотальных размеров тела за последние 60 лет отмечена тенденция к относительной узкосложенности и усиление андроморфных пропорций телосложения у современных молодых женщин Петрозаводска. Обнаруженные изменения показателей телосложения в г. Петрозаводске сопоставимы с общероссийскими тенденциями секулярного тренда и
согласуются с гипотезой о ведущем влиянии социально-экономических факторов на эпохальные процессы трансформации телосложения детей, подростков и молодёжи.

Заключение. На основе материалов антропометрического обследования юношей и девушек г. Петрозаводска в возрасте от 18 до 23 лет, проведенного в 2024 году коллективом сотрудников кафедры антропологии биологического факультета МГУ имени М.В.Ломоносова, с привлечением литературных данных, установлены долговременные изменения (секулярный тренд) тотальных размеров тела. Выявлены региональные особенности морфологического статуса юношей и девушек, обследованных в г. Петрозаводске, по сравнению с молодёжью из других городов России. На основе наиболее информативных показателей телосложения построены паутинные диаграммы, отражающие особенности соматического статуса у юношей и девушек г. Петрозаводска, которые могут быть использованы для мониторинга физического развития с целью улучшения адаптационных возможностей и соматического здоровья современной молодежи.

Введение. В статье представлены результаты математического анализа динамики длины тела мужского населения России в возрасте 17 лет и старше в 1901–2005 гг. Новизна статьи состоит в том, что самая большая база антропометрических данных о россиянах ХХ века изучается с помощью методов многофакторного корреляционно-регрессионного анализа динамических рядов.

Материалы и методы. В исследовании использованы индивидуальные сведения о росте
1 519 037 мужчин в возрасте 17 лет и старше, родившихся в 1901–2005 гг., на 91% русских, обследованных главным образом при наборе в армию по программе, включавшей измерение тотальных размеров тела. Динамические ряды длины тела и факторных переменных анализировались посредством корреляционно-регрессионного анализа с целью идентификации факторов, объясняющих динамику роста в ХХ в., и построения модели множественной регрессии.

Результаты. Множественный корреляционно-регрессионный анализ динамики длины тела в зависимости от 16 экономических, социальных, демографических и экологических факторов по годовым (с лагом и без лага), по средним 5-летним и 20-летним показателям дал важные в методическом и содержательном отношении результаты. Построены четыре регрессионные модели для каждого типа данных. Наиболее интересные результаты дает модель изменчивости годовых показателей роста с учетом лага и модель изменчивости средних 5-летних показателей о росте. Первая объясняет 51 % вариативности роста мужчин по годам, вторая – 78 % вариативности роста мужчин по пятилетиям в 1950–2005 гг.

Заключение. Результаты математико-статистического и теоретического анализа в основном совпадают, что подтверждает надежность и релевантность того и другого.

Введение. В ходе Четвертого сезона Нубийской археолого-антропологической экспедиции НИИ и Музея антропологии МГУ (в феврале — марте 2022 г.) проводились исследования на памятнике Дерахейб (Судан). Для уточнения конструктивных особенностей северо-западной стены Северной крепости (СК) и выявления строительных этапов СК был заложен шурф 2×2 м., глубиной 220 см.

Материалы и методы. Выборка грунта проводилась пластами. Анализ полученного в ходе раскопок археологического материала позволяет заключить, что у северо-западной стены был обнаружен не менее, чем двухметровый зольник. Весь выбранный грунт был тщательно просеян. Основной археологический материал представлен керамикой и костями животных. Их анализ позволил сделать основные выводы о характере слоя, в котором был заложен шурф и датировать время его отложения. Был также проанализирован грунт светло-зеленого цвета. Важные выводы были сделаны благодаря проведенному архитектурному анализу.

Результаты. Результаты анализа материалов, найденных при шурфовке, данные инженерно-архитектурного обследования Северной крепости позволяют предположить хронологию ранних этапов функционирования Северной крепости. По нашему мнению, северо-западная и северо-восточная стены, возведенные не первом этапе строительства, были ослаблены селевыми потоками и для их укрепления на втором этапе строительства были возведены более мощные стены. Северо-западная стена 2 строительного периода была возведена в слое строительного мусора, образовавшегося в первый период функционирования Крепости. Слой этот на основании люстровой керамики датируется X в. Заключение. Пространство между северо-западными стенами первого и второго этапа строительства в X-XI вв. (судя по анализу керамики и данным радиоуглеродного датирования), а, возможно, и позднее использовалось для сброса бытового мусора и содержимого туалетов иливообще как отхожее место.

Введение. Публикация продолжает цикл статей, содержащих описание коллекции фотографий представителей народностей Кубанской области из в фонда Музея антропологии МГУ, и посвящена изучению фотоизображений абазин. Метод антропологической фотографии является не только визуальным способом сохранения информации во времени, но и играет значительную роль в формировании научного наследия.

Материалы и методы. Основой работы послужила коллекция фотографий, собранная Е.Д. Фелицыным (1848–1903), представленная им на Антропологической выставке 1879 г. в Москве и хранящаяся в фондах НИИ и Музея антропологии МГУ имени М.В. Ломоносова.

Результаты. Описаны и проанализированы фотоизображения абазин, проживавших в Баталпашинском уезде Кубанской области в аулах Лоово-Кубанском и Дударуковском.

Обсуждение. Установлено авторство изученных снимков абазин: они выполнены А.К. Энгелем - известным фотографом на Кавказе конца XIX – начала XX в. Представлены литературные сведения, посвященные проблемам изучения происхождения, этнической истории, культурных традиций данной народности, а также данные по изучению антропологических особенностей абазин.

Заключение. Впервые опубликованные фотоизображения абазин, являющиеся частью коллекции, предоставленной Е.Д. Фелицыным на Антропологической выставке 1879 г., уникальны и имеют научную, историческую и документальную ценность и значимость как визуальный материал. В современной науке фотографии, наряду с музейными экспонатами, рассматриваются как материальные документы, а в данном случае, как существенное дополнение в изучении истории коренных народов Северного Кавказа историками, антропологами, этнографами, генетиками и лингвистами.

Введение. Исследование посвящено изучению коллекции архивных фотографий тунгусов и орочонов конца XIX – начала XX в., хранящихся в фондах НИИ и Музея антропологии МГУ имени М.В. Ломоносова. Часть снимков из коллекции публикуется впервые. В работе рассматриваются возможности использования различных архивных фотоматериалов тунгусов и орочонов для получения обобщенного фотопортрета и последующего его сравнения с фотообобщениями современных эвенков.

Материалы и методы. Материалом для исследования послужила коллекция фотографий тунгусов и орочонов, собранная в конце XIX – начале XX в., которая в настоящее время хранится в фондах НИИ и Музея антропологии МГУ имени М.В.Ломоносова. Помимо фотографий из фондов Музея антропологии для создания обобщенного портрета были привлечены архивные фотографии из дополнительных источников. Обобщенный портрет повышенной четкости получен с помощью компьютерной программы faceONface, в которой возможно совмещение изображений по трем реперным точкам. Проведен сравнительный анализ обобщенных портретов, полученных по архивным и современным фотографиям.

Результаты и обсуждение. В результате проведенного сравнительного анализа обобщенных портретов тунгусов молодого и зрелого возраста, построенных по архивным материалам, выявлено их значительное сходство. Сходство было отмечено также и между портретом тунгусов, полученным по архивным данным, и фотообобщением современных амурских эвенков.

Заключение. В результате анализа архивной фотоколлекции были уточнены места происхождения некоторых фотографий и обнаружены новые лица, участвовавшие в создании фотоколлекции. Настоящее исследование продемонстрировало, что метод обобщенного фотопортрета оказался наиболее корректным инструментом извлечения антропологической информации из архивных фотоматериалов.

Введение. Впервые на примере серии Чжоукоудянь представлены результаты применения метода одонтоглифики для анализа верхних моляров Homo erectus. В целом, одонтоглифический узор изученных моляров демонстрирует бо́льшую сложность по сравнению с известными характеристиками зубов современного человека.

Материалы и методы. Изученная одонтологическая коллекция включала копии зубов Homo erectus из Чжоукоудянь и ископаемые зубы раннего и среднего плейстоцена из местонахождений Хэсянь, Июань, Мэйпу и Тунцзы. Использована одонтоглифическая методика, разработанная на основе критериев, разработанных А.А. Зубовым и Н.И. Халдеевой.

Результаты и обсуждение. На зубах Homo erectus отмечено большое количество борозд третьего порядка, например, 5-я борозда параконуса и протоконуса (5pa, 5pr) и 3-я борозда параконуса (3pa). 3-ю борозду параконуса автор рассматривает как следствие бифуркации главного гребня параконуса вблизи центральной ямки верхних моляров. В результате анализа выявлен и описан новый одонтоглифический признак ‒ «одноперистый узор борозды» в передней ямке на окклюзионной (жевательной) поверхности верхних моляров. Обсуждается связь формирования этого признака на эмалево-дентинной границе (EDJ) и окклюзионной эмалевой поверхности (OES). Предпринята попытка установить взаимосвязь между мезиальными маргинальными дополнительными бугорками и одонтоглифическими признаками в этой области зуба. В данном контексте рассмотрена примитивность дополнительных бугорков, в частности лингвального бугорка параконуса (lingual paracone tubercle, LPT), наличие которого уже наблюдается у поздне-раннеплейстоценовых представителей азиатского Homo erectus.

Заключение. По результатам предварительного анализа удалось показать закономерную связь одонтоглифического узора с четырьмя мезиальными дополнительными бугорками и возможные варианты их образования. Поскольку эти признаки характерны для разных групп современного человека, то важно отметить, что как минимум один из них ‒ лингвальный бугорок параконуса (LPT), прослеживается уже у азиатских Homo erectus позднего раннего плейстоцена (Мейпу).

Введение. Расстояния Махаланобиса (D²) применяются в краниологических исследованиях для обобщенной оценки различий между выборками с учётом дисперсии признаков и корреляций между ними. При этом выборочные расстояния, особенно в случае небольшого размера выборок, в среднем демонстрируют смещение в сторону завышенных значений по сравнению с истинной величиной D². Внесение поправки на число наблюдений, предложенная Д. Райтмайром, является одним из простых способов компенсации этого смещения. Однако условия ее применения и даже способы расчета переменных могут различаться в зависимости от особенностей выборки. Цель данного исследования состоит в оценке эффективного влияния поправки на величину расстояний Махаланобиса и поиске подходов к снижению смещения выборочных оценок.

Материалы и методы. В анализе использованы три обобщенные серий мужских черепов башкир, чувашей и латышей. Для расчета D² применялась усредненная ковариационная матрица. Были рассмотрены три метода вычисления расстояний Махаланобиса: без поправки на число наблюдений, с поправкой Д. Райтмайра, примененной ко всем расстояниям, и с поправкой, учитывающей только статистически значимые расстояния. Кроме того, протестированы альтернативные подходы к внесению поправки при резких различиях в числе наблюдений отдельных признаков: использование среднего гармонического числа наблюдений и раздельное вычисление расстояний D² для линейных и угловых признаков с последующим суммированием.

Результаты. Поправка Д. Райтмайра, применяемая ко всем расстояниям, в среднем позволяет получать достаточно точные несмещенные оценки D². При внесении поправок величина D² может оказаться близкой к нулю или даже отрицательной, в т.ч. при наличии значимых различий между популяциями. Поскольку медианы выборочных D² в наибольшей степени сближаются с истинными значениями D², все отрицательные значения D² могут без ущерба для расчетов преобразованы в нули. Выборочное D²=0 необязательно означает, что между выборками отсутствуют морфологические различия. Для приближения к истинному значению расстояния между выборками можно воспользоваться вычислением доверительных интервалов, например, при помощи процедуры бутстрэппинга.

Заключение. Поправка Д. Райтмайра позволяет получать несмещенные оценки расстояний Махаланобиса при использовании усредненной ковариационной матрицы и небольших размерах выборок. Однако выбор конкретного метода коррекции должен учитывать размер выборок и вариативность числа наблюдений по разным признакам. При работе с сериями черепов плохой сохранности в поправке целесообразно использовать среднее гармоническое число наблюдений или раздельный расчет расстояний для угловых и линейных признаков.

Введение. Исследованы параметры воспроизводства татарского населения Сибири: сибирских татар, сибирских бухарцев, колыонских татар. По единому комплексу показателей проведено их сравнение между собой и с волго-уральскими татарами. Интерпретация результатов дана в контексте анализа вклада в процессы воспроизводства биологических и небиологических факторов.

Материалы и методы. Обследованием охвачены семь этнотерриториальных подгрупп тоболо-иртышских, барабинских и томских сибирских татар; татары-бухарцы, компактно проживающие в Тюменской и Омской областях; потомки переселенцев с территории Поволжья – колыонские татары. Проанализировано 667 анкет, заполненных на женщин в возрасте старше 45 лет; исследованы возрастные параметры и витальные статистики – число беременностей и их исходов.

Результаты и обсуждение. Среднее число доживших до репродукции потомков позволило оценить тип воспроизводства у сибирских тоболо-иртышских и барабинских татар как расширенный; у татар-бухарцев, колыонских татар и томских сибирских татар как простой.

В этнотерриториальных подгруппах тоболо-иртышских татар зафиксирован самый низкий уровень пренатальных потерь по сравнению с другими сибирско-татарскими группами – барабинскими, томскими, сибирскими бухарцами. Основной вклад в структуру пренатальных потерь татар Сибири вносят медицинские аборты, среднее число которых наиболее высоко у томских татар и сибирских бухарцев.

Индекс Кроу и его компоненты составили: для сибирских татар I_m = 0,040; I_f = 0,355; I_tot = 0,409; для татар-бухарцев I_m = 0,013; I_f = 0,242; I_tot = 0,258; для колыонских татар I_m = 0,038; I_f = 0,184; I_tot = 0,229. В этнотерриториальных группах сибирских татар: для тоболо-иртышских татар I_m = 0,031; I_f = 0,372; I_tot = 0,414; для барабинских (барабинско-турашских) I_m = 0,037; I_f = 0,327; I_tot = 0,377; для томских
I_m = 0,091; I_f = 0,303; I_tot = 0,421.

Заключение. Анализ полученных данных о параметрах репродукции татар Сибири показал, что в исследуемый временной интервал процессы воспроизводства в татарском населении сибирского региона детерминируются преимущественно небиологическими факторами. В исследованных популяциях зафиксирован низкий уровень давления естественного отбора, действующего через дифференциальную плодовитость.

Введение. В статье представлены результаты сравнительного анализа описательных признаков коренных народов Киргизии, Калмыкии, Южной Сибири и Западной Монголии.

Материалы и методы. Данные были собраны в ходе комплексных антропологических экспедиций 2013-2017 годов в популяциях сарт-калмаков, калмыков, монголов, тувинцев, алтайцев.

Программа обследования включала следующие описательные характеристики: в строении тела отмечалась форма ног, в расово-диагностическом комплексе определялась пигментация кожи, волос и глаз, форма волос и развитие третичного волосяного покрова на лице и груди у мужчин. Применялись стандартные шкалы, балловые характеристики и метод обобщенных фотопортретов.

Результаты. Показано, что по совокупности описательных признаков все изученные группы близки между собой, при этом этнические группы, имеющие в своем генезисе наибольшую европеоидную примесь, отклоняются в сторону светлых оттенков кожи, глаз и волос. Встречаемость О-образной формы ног, особенно у мужчин коррелирует с генетическими и историческими данными о наличии или отсутствии европеоидного компонента. Обобщенные фотопортреты каждой субэтнической группы подтверждают общее сходство антропологического облика, обусловленное проявлением единого расового компонента во всех сериях.

Заключение. В целом, по описательным признакам все изученные индивиды являются яркими представителями различных антропологических типов большой монголоидной расы и характеризуются темно пигментированными волосами и глазами. Новую информацию для антропологической дифференциации внесло исследование формы ног, связанное с частотой встречаемости О-образной формы. Применение метода обобщенных фотопортретов позволило составить более полное представление о внешнем облике представителей исследуемых этнических групп.

Введение. Цель исследования – рассчитать возрастные параметры репродукции сельского населения ряда этносов Северного Кавказа (менархе, менопауза, дебют половой жизни, рождение первого и последнего ребенка, возрастные границы деторождения, протогенетический и интергенетический интервалы, физиологический и реальный репродуктивные периоды).

Материалы и методы. Анкетирование женщин пострепродуктивного возраста (старше 45 лет) проводилось сотрудниками местного здравоохранения по нашей просьбе во время комплексного генетико-эпидемиологического обследования населения Карачаево-Черкесии и Северной
Осетии-Алании. Опрошены представительницы основных этносов этих республик (карачаевки, абазинки, ногайки, черкешенки, кумычки, осетинки, ингушки и русские обеих республик). В анализ вошла 2921 анкета по опросу сельского населения. В случае достаточного количества собранных анкет проведен анализ временных изменений рассматриваемых параметров (по десятилеткам). Для кумычек, ингушек и русских Северной Осетии анкет оказалось недостаточно для подобного разбиения.

Результаты. Возраст менархе и менопаузы не выходит за возрастные физиологические
рамки. Возраст рождения первого ребенка обнаруживает статистически достоверные различия у карачаевок и кумычек. Физиологический репродуктивный период в несколько раз превышает реальный. Наибольший протогенетический интервал у русских Северной Осетии. Значительным
временным изменениям подвергся интергенетический интервал.

Обсуждение. При сравнении с результатами аналогичных исследований коми-пермячек, шорцев, татар, башкир и русских других регионов высказано предположение, что разбиение на
более крупные временные периоды (например, по поколениям, а не по десятилеткам) проиллюстрирует более значимые временные изменения указанных параметров.

Заключение. Проведенное исследование способствует составлению полного популяционно-генетического портрета изучаемого региона. Обнаружено, что несмотря на территориальную близость и сходный бытовой уклад наблюдаются различия в репродуктивном поведении женщин, относящимся к разным этническим группам. Но для всех характерно увеличение интергенетического интервала, свидетельствующее о переходе сельского населения Северного Кавказа к планированию семьи и осознанному деторождению.

Введение. Данная статья посвящена выявлению взаимосвязи аспектов физического развития детского организма в раннем возрасте с подверженностью заболеваниям в последующие возрастные периоды.

Материалы и методы. Материалом послужили основные антропометрические данные детей первых трех лет жизни (лонгитудинальное исследование). Использован метод анализа амбулаторных карт. Учитывались основные антропометрические признаки детей: масса тела, длина тела, окружность головы (до 1 года) и окружность грудной клетки, на основании которых были рассчитаны индекс массы тела и индекс Вервека-Воронцова. Из амбулаторных карт выкопированы диагнозы и группы здоровья тех же детей, возраст которых по состоянию на 2023–2024 годы составил 10–11 лет.

Результаты. За первый год жизни доля детей, имеющих гармоничное (нормальное) физическое развитие, снизилась как у мальчиков, так и у девочек за счет увеличения удельного веса детей с дисгармоничным и резко дисгармоничным развитием относительно периода новорожденности. Анализ состояния здоровья детей выявил, что большинство детей в возрасте 10–11 лет имели 2-ю группу здоровья, что свидетельствует о наличии функциональных отклонений, частых заболеваниях или сниженной сопротивляемости организма. По результатам кластерного анализа выявлены две группы: в кластер 1 вошли дети, которые в раннем возрасте характеризовались гармоничным физическим развитием, имевшие антропометрические показатели и значения индексов в пределах нормы. В кластере 2 оказались дети с дисгармоничным физическим развитием, у которых антропометрические показатели и значения индексов выше или ниже нормы, а в возрасте 10–11 лет диагностированы различные заболевания.

Заключение. Оценка гармоничности физического развития детей на ранних этапах онтогенеза может способствовать выявлению характерных нарушений в состоянии здоровья и адаптационных возможностей детского организма, а также предотвращению развития заболеваний в последующие возрастные периоды, что подчеркивает важность ранней диагностики и мониторинга физического развития подрастающего поколения. 

Целью настоящего исследования являлась оценка степени выраженности полового диморфизма соматических признаков и пропорций телосложения в городских выборках кабардинцев и балкарцев.

Материалы и методы. Материалом послужили антропометрические данные 317 человек (135 мужчин и 182 женщины) в возрасте от 17 до 23 лет (средний возраст составил 18,81±1,49), полученные в ходе обследования студентов ВУЗов г. Нальчик (Кабардино-Балкария) в 2023 г. Проанализированы 19 соматических характеристик, дополнительно рассчитаны индексы, характеризующие пропорции телосложения. Для оценки уровня межполовых различий соматических показателей использовался t-критерий Стьюдента и рассчитывался коэффициент полового диморфизма.

Результаты исследования показали сопоставимый уровень соматического полового диморфизма в выборках кабардинцев и балкарцев. В обеих изученных группах мужчины крупнее женщин, о чем свидетельствовали положительные величины коэффициентов полового диморфизма тотальных размеров тела (за исключением индекса массы тела). Максимальная степень выраженности полового диморфизма наблюдалась по продольным и поперечным признакам скелета. Длина тела и конечностей, а также массивность скелета больше у мужчин по сравнению с женщинами в обеих группах. Значения практически всех обхватных размеров были выше у мужчин. Для большинства изученных признаков коэффициенты полового диморфизма ниже у балкарцев за исключением длины тела и конечностей.

Заключение. В изученных группах современных городских балкарцев и кабардинцев не выявлено существенных различий в средних значениях показателей телосложения. Уровень полового диморфизма для большинства проанализированных соматических характеристик был приблизительно одинаковым в обеих изученных группах.

Введение. В наших недавних работах была установлена возможность оценки соматотипа по Хит-Картеру по данным биоимпедансных измерений в разных возрастных группах. Цель исследования – разработка единых расчётных формул для оценки соматотипа у детей, подростков и взрослых людей, характеристика точности формул в зависимости от возраста и индекса массы тела, совершенствование протокола соматотипирования в программном обеспечении биоимпедансного анализатора.

Материалы и методы. Рассматривались данные комплексной антропометрии и сопутствующей биоимпедансометрии из наших предшествующих публикаций. Основную группу составили этнические русские 7-59 лет, обследованные в Москве, Архангельске, Архангельской области, Самаре и Элисте (N=4296). Группу сравнения 1 составили этнические русские 16–86 лет, обследованные в Красноярском крае (N=3954). Группу сравнения 2 составили этнические калмыки 8–25 лет, обследованные в Элисте (N=940). По данным основной группы получали формулы биоимпедансной оценки баллов эндоморфии (ЭНДО_БИА) и мезоморфии (МЕЗО_БИА). Оценивали точность формул в подгруппах основной группы и групп сравнения.

Результаты. Общие формулы биоимпедансной оценки соматотипа по Хит-Картеру для детей, подростков и взрослых людей имели вид: ЭНДО_БИА = –3411,8/R50 + 0,942´ИМТ – 0,00938´ИМТ² – 0,0235´ДТ – 0,28´Пол + 0,034´Возраст – 2,69 (N=4296; R²=0,84; SEE=0,76); МЕЗО_БИА = 1531,8/R50 + 0,302´ИМТ – 0,0529´ДТ + 0,57´Пол – 0,032´Возраст + 4,52 (N=4296; R²=0,87; SEE=0,48). Они были сравнительно точны в возрастном интервале 7-40 лет у мужчин и 7-59 лет у женщин и менее точны за пределами указанных диапазонов возраста и при высоких значениях ИМТ. На этом основании были предложены формулы для лиц с ожирением: ЭНДО_БИА = –2569/R50 + 0,854´ИМТ – 0,0087´ИМТ² – 0,0263´ДТ – 0,032´Пол + 0,018´Возраст – 1,60 (N=296; R²=0,69; SEE=0,87); МЕЗО_БИА = 1567/R50 + 0,55´ИМТ – 0,00512´ИМТ² – 0,0524´ДТ + 0,42´Пол – 0,035´Возраст + 1,66 (N=296; R²=0,62; SEE=0,64). Указанные формулы встроены в программное обеспечение биоимпедансного анализатора АВС-02 «Медасс» (НТЦ Медасс, Россия).

Выводы. Полученные результаты значительно расширяют возможности оценки соматотипа и исследования его изменчивости. Использование единых расчётных формул для людей разного возраста должно способствовать повышению сопоставимости получаемых оценок соматотипа и надёжности результатов последующих сравнений.

Введение. Рассматривается изменчивость полового соматического диморфизма (ПД) в 17-летнем возрасте в связи с численностью населения места жительства выборки.

Материал и методы. Исследование выполнено в формате мета-анализа и охватывает широкий спектр городских выборок (литературные данные) с территории РФ и ближнего зарубежья (N=145). Рассматривается половой диморфизм длины и массы тела, обхвата груди. Для оценки направления и уровня ассоциаций полового диморфизма антропометрических показателей и степени урбанизации использовался классический корреляционный анализ для попарных сочетаний признаков (корреляции Пирсона). Для количественной оценки величины полового диморфизма использована дивергенция Кульбака, аналог расстояния Махаланобиса.

Результаты. Анализ антропоэкологических корреляций при разных комбинациях наборов выборок (только славяне, только выборки 1950х – 1970х, выборки географического пояса 40 градусов с.ш.) не выявил достоверных связей. Тем не менее для локальной выборки мегаполиса Москвы на историческом интервале 1925–2019 годы на фоне усиления степени урбанизации от менее 2 млн до 12,6 млн жителей показано достоверное увеличение полового диморфизма длины тела и обхвата груди по вектору урбанизации. Характер связи нелинейный с пиком полового диморфизма на рубеже 1960х – 1970х для поколения манифестных акселератов Москвы.

Заключение. Отсутствие значимых корреляций связано с относительно низкой экочувствительностью организма на фоне значительного замедления ростовых процессов в юношеском периоде онтогенеза и не достигнутым еще дефинитивным соматическим статусом, характеризующим межгрупповое антропологическое разнообразие в стабильном взрослом возрасте; а также со сложной суперпозицией многих факторов разного порядка, от этнических до секулярных, затрудняющих вычленение чистого фактора межполовых различий и чистого фактора степени урбанизации. Достоверное существенное увеличение полового диморфизма скелетных размеров (длины тела и обхвата груди) по вектору урбанизации для локальной гомогенной выборки 17-летнего юношества Москвы позволяет считать половой диморфизм информативным маркером степени урбанизации при корректной организации материала.

Введение. В статье анализируется динамика длины тела мужского населения России в возрасте 17 лет и старше в 1902-2000 гг. и обсуждаются методические аспекты математического анализа секулярного тренда. Эта тема уже была предметом ряда исследователей. Новизна
статьи состоит в том, что анализ основан на больших данных.

Материалы и методы. В исследовании использованы ростовые данные 4 430 180 российских мужчин в возрасте от 17 до 100 лет, 117 национальностей, на 91% русских, обследованных главным образом при наборе в армию по программе, включавшей измерение тотальных размеров тела. База данных включает 1 465 272 индивидуальных и 2 964 908 суммарных сведений о росте – это самая большая коллекция сведений о длине тела российских мужчин ХХ в.

Результаты. Длина тела российских мужчин 1902–2000 годов рождения увеличилась
на 11,1 см – со 166,4 до 177,5 см. Столь значительные изменения роста за столетие, сопоставимые по масштабу с общемировыми тенденциями секулярного тренда, объясняются преимущественно влиянием социально-экономических и демографических факторов. Примерно такие же
результаты получены при анализе изменения роста женщин, городского и сельского населения.

Заключение. В динамике длины тела россиян ХХ в. наблюдался повышательный тренд. Лишь у когорт, родившихся в 1916–1930 гг., имело место незначительное (на 1,2 см) понижение среднего роста. Повышение длины тела у городского и сельского населения, также как у мужчин, и женщин и представителей разных этносов в большинстве случаев происходили синхронно и в
примерно одинаковых размерах. Это означает, что советская власть обеспечивала улучшение условий жизни во всех группах населения в равной степени.